sovishsha: (sava-krikusenica)
Как известно, Гегель был светило немецкой классической философии и вообще человек серьезный и ко всякой ерунде не склонный. Разве что, если верить народной мудрости, время от времени у него случались стычки с Людвигом нашим Фейербахом, который, в отличие от Гегеля, очень верил в человека. Но и только.
Больше всего на свете Гегель любил созерцать. Пообедав вурст-шнапс унд зауэрколь, он усаживался в кресло-качалку, любовался пейзажами и раскачивался, приговаривая: "Тезис-антитезис-синтез. Тезис-антитезис-синтез".
Как-то созерцательную послеобеденную дрёму Гегеля прервало брюзжание его кухарки Магды, пренеприятнейшей, склочной бабы, при взгляде на которую ни у кого не возникало сомнений в том, что светило немецкой классической философии - воплощенное облико морале: Фейербах и тот был симпатичнее.
- Готтенхиммель! - возопила Магда, прижимая сухие морщинистые руки к груди. - Этот лентяй и словоблуд тут стулья доламывает, а там вассерклозет совсем цурюк. Пошел бы, старый пропойца, да прочистил, что ли. А то инц шайзе утонем.
- Яволь, - вздохнул Гегель и пошел было к двери.
- Куды, - окликнула настырная Магда. - Не голыми же руками ты будешь в дерьме возиться. Вот вантуз возьми.
- Вантуз? Вас ист вантуз? - изумился Гегель, дотоле слыхом не слыхавший об этом чуде человеческой мысли.
- Вантуз ист айне кляйне шайзенасосен. Туда-сюда, туда-сюда. В общем, разберешься.
Пропыхтев неразборчивое ругательство, Гегель отправился в нужник.
Там он приставил вантуз к отверстию засорившегося слива и начал возвратно-поступательные фрикции. Но поскольку Зигмунда Фрейда еще не изобрели, ни о чем таком Гегель не думал, а только бормотал себе под нос: "Тезис-антитезис-синтез. Тезис-антитезис-синтез".
Спустя несколько минут великий философ заметил, что, собственно, синтеза-то и не происходит: в совершаемых движениях ему просто нет места.
- Майн готт! - ужаснулся Гегель. - Может ли быть, чтобы столь примитивный прибор опровергал логично выстроенную теорию? Получается, только тезис и антитезис? Но как же без синтеза?
Гегель отложил вантуз и погрузился в мысли. Из задумчивости его вывело появление Магды, которая, увидев, что вантуз и ныне там, раскричалась на чистейшем прирейнском наречии, мол, Гегель-де лентяй и вообще философ.
- Замолчи, глупая баба, - оборвал вопли кухарки расстроенный Гегель. - Тут дело всей жизни рушится, а ты только о собственном пердэле думаешь. Ты вот что, Магда... Возьми-ка ты этот чертов вантуз да припрячь подале. А еще лучше - скупи все вантузы в городе да и закопай ночью. Желательно на кладбище.
- Почему на кладбище? - опешила Магда.
- Там никто искать не будет.
Магда послушалась хозяина, и наутро в городке не осталось ни одного вантуза, что, разумеется, замедлило развитие цивилизации, но обогатило сокровищницу мировой науки стройной и логичной теорией.
А Гегель так и остался светилом немецкой классической философии.
Толко ужасно злился, если кто-то при нём упоминал о вантузах.
- Вы ничего не понимаете! - ворчал Гегель. - Это же дикость! Тупиковый путь человеческой мысли!
И люди, убежденные гением великого философа, продолжали по старинке вычерпывать шайзе руками.
Page generated Sep. 20th, 2017 07:53 pm
Powered by Dreamwidth Studios